Сильная метафора интернет

4 октября 2010
от

Сильной метафорой интернет является понятие «ризома»[1].

В «Тысяче поверхностей»[2] Ж. Делез и Ф. Гваттари выделяют ряд принципов организации ризомы-корневища, которые, по их мнению, соотносятся со всеми сферами общественной жизни.

1) «Связь и гетерогенность» или децентрированность, открытость, антииерархичность (точнее неиерархичность)

Каждая точка корневища может быть соединена с любой другой – ризома не имеет исходного пункта развития, она децентрирована и неиерархична. Никакая ее точка не имеет преимущества перед другой, равно как не может быть привилегированной связи между двумя отдельными точками – в ризоме все точки должны быть связаны между собой, независимо от их роли и положения. Делез и Гваттари противопоставляют закрытым и центрированным системам открытые и децентрированные – одним словом, ризоматические множества.

Интернет и является таким ризоматическим множеством: каждый новый пользователь продолжает его границы. В сети нет центрального пункта. Пути не являются предзаданными и неизменными. Появление в интернете и одновременно в медиапространстве интернет-журналистики, связывающей интернет и медиапространство, привносит в СМИ ризоматические свойства интернет. В частности, происходит постепенное нивелирование естественных привилегий центральных СМИ по отношению к периферийным.

2) Принцип «множественности»

Кукловод, управляющий марионеткой, вследствие множественности связующих нитей (нервных волокон), по мнению авторов концепции, сам становится марионеткой этой множественности. Здесь главенствующая роль отводится не точкам контакта между нитками и куклой а линиям, соединяющим точки (то есть собственно коммуникациям), – именно они имеют наибольшее значение. В ризоме существенными являются не узлы, а линии соединения. Это является топологическим свойством интернета. Движение по сети не есть путешествие к конкретной цели, да и вообще это не движение. Глобальная сеть, как коллективная галлюцинация, в реальности не содержит ни городов, ни музеев, которые посещают пользователи. Есть только линии – каналы связи или пути. Этим линиям можно сопоставить понятие «симулятивная коммуникация», проявляющей здесь одно удивительной свойство – это не какой-то конкретный канал связи, а чистая потенция связи, ее возможенность[3].

Значит ли это, что будущему читателю газет или пользователю глобальной СМК будет абсолютно все равно, каким способом, из каких источников и из какого издания он извлек интересующую его информацию, – покажет время.

3) Принцип «незначащего разрыва»

Корневище может быть разорвано, а затем продолжить рост в прежнем или ином направлении. Интернет (а вместе с ним и все информационно-коммуникативное пространство) является самой неуязвимой организованностью. При разрушении телевизионных ретрансляторов в Югославии и захвате Останкино в Москве главным средством обмена информацией с внешним миром стали каналы глобальной сети. Принцип незначащего разрыва фактически означает невозможность блокады, изоляции и цензуры во всемирной паутине.

4)  «Картография и декалькомания»

Ж. Делез и Ф. Гваттари утверждают, что ризома в своем развитии реализует не механизм копирования, а механизм картирования, отличающийся от копирования (кальки) тем, что карта по своей природе открыта, подвижна и восприимчива к изменениям. Рисунок на карте никогда не может считаться окончательным – он постоянно меняется, как и меняется сама действительность. Карты могут существовать независимо от того, существует ли что-либо вне карты, тогда как кальки существуют только как представления, слепки оригинала. Карта, в противоположность кальке, не репродуцируют реальность, а экспериментирует, вступает с ней «в схватку». По мнению Ж. Делёза и Ф. Гваттари, ризоморфные объекты принципиально не поддаются калькированию и не могут быть воспроизведены в качестве реплик.

Образ «живой» карты вполне соответствует глобальной сети интернет, где все незаконченно и динамично, включая размещенные в ней тексты и маршруты к ним. Непрерывно происходящие процессы изменения не позволяют сети стать тождественной самой себе, что делает невозможным ее калькирование. Интернет, подобно карте, не может быть заключен в рамки какой-либо структурной или порождающей модели.

«Правда» в журналистском материале всегда должна быть картой, а не калькой.

При расстреле парламента России в 1993 году CNN вело прямой репортаж с места события, просто расставив камеры в удобных местах. Картинка не подвергалась никакой трансформации и показывала все, как видела камера (калька). Это было как будто бы триумфом Свободы Слова, так как камера не навязывала зрителю отношение к происходящему, а показывала все как есть. Однако москвичи, имевшие возможность и смотреть CNN, и присутствовать на месте событий, убеждались, что прямой эфир формирует искаженное представление о том, что действительно происходит. Поэтому и отношение у москвичей к происходящему существенно отличалось от отношения к нему тех, кто не имел возможности увидеть все своими глазами: как соотечественников, так и иностранцев. Это еще раз доказало тот факт, что буквальная правда – есть утонченная форма лжи, а калькирование с помощью стационарных камер CNN – форма симуляции.

Все это свидетельствует о появлении у цивилизации новых системных качеств, действующей моделью которых является глобальное коммуникативное пространство. Очевидно, что эти свойства можно приписать и современной журналистике. Влияние их распространяется на эйкос, включающий сферу социальных отношений в целом и формирующий новые культурные коды, непосредственно участвующий в производственной, политической и экономической сферах жизни.


[1] Термин «ризома» был введен в научный оборот Жилем Делёзом и Феликсом Гваттари. Исходно ризома означает определенное строение корневой системы, характеризующееся отсутствием центрального стержневого корня и состоящей из множества хаотически переплетающихся, периодически отмирающих и регенерирующих, непредсказуемых в своем развитии побегов. О ризоме в применении к интернет см.: В. Емелин Ризома и Интернет. URL: http://emeline.narod.ru/rhizome.htm.

[2] Deleuze G., Guattari F. A Thousand Plateaus: Capitalism and Schizophrenia. Minneapolis: University of Minnesota Press, 1987.

[3] Термин «возможенность» введен О.И. Генисаретским.

Метки:

Версия для печати Версия для печати

Написать ответ

 
SSD Optimize WordPress UA-18550858-1