Основные категории пользователей сети Интернет

7 февраля 2016
от

Е.Ю.Журавлева

Целью данной статьи является описание «сетевых ролей», предоставляемых человеку в среде сети Интернет и рассмотрение появляющихся при этом перспектив и проблем личностного развития.

Определений сети Интернет существует множество[1]. C точки зрения системного подхода сеть Интернет это определенный тип сложной саморазвивающейся системы, состоящей из разнородных взаимосвязанных элементов и подсистем, свойств и отношений, созданной людьми на основе обратной связи и действующей в определенных границах. Элементы системы Интернет: технические ресурсы, информационные ресурсы, программные ресурсы, технологии, квалифицированные специалисты, энергетические ресурсы и пользователи.

Среда глобальной информационной сети Интернет, которую именуют «киберпространством», «социальной виртуальной реальностью», «нулевым» пространством, «параллельным» миром, новой «средой обитания», комплексным экологическим пространством, «информационным слепком человеческого бытия», «новым жизненным пространством», «второй реальностью», «субъективной реальностью» – это не только взаимосвязанные посредством коммуникационного оборудования, технологий и программ компьютеры, а, прежде всего взаимодействующие в этой среде люди.

Вообще всех живущих на Земле можно еще разделить, в том числе, на тех, кто посетил среду сети Интернет и на тех, кто этого еще не сделал. Немного статистики. К 2002 г. прямой доступ к глобальной информационной компьютерной сети Интернет имеет более 150 государств мира. По статистике в мире каждые две секунды происходит регистрация нового пользователя. На 1 января 2000 г. число доменов составляет 1,3 млн. [2] По сообщению информационного агентства «Компьюлента», согласно данным, полученным компанией Nielsen//NetRatings, в марте 2002 г. количество пользователей Интернета в мире достигло 379 млн. человек[3]. По данным А. Прохорова «к 2005 г. две трети населения планеты будут охвачены доступом к глобальной сети» [4].

В результате психологической интерпретации эмпирических данных О. Н. Арестовой, Л. Н. Бабаниным, А. Е. Войскунским было показано, что в основе деятельности пользователей Интернета лежат следующие виды мотивов [5]: деловая, познавательная, коммуникативная, рекреационная, игровая, аффилиативная мотивация, а также мотивация сотрудничества, самореализации и самоутверждения. Данные результаты говорят о том, что Интернет в своем развитии прошел путь от профессиональной среды общения программистов к среде свободного общения, реализующей более широкие по сравнению с профессиональными личностные интересы.

В настоящее время существуют множество классификаций пользователей сети Интернет по различным основаниям. Приведу в работе те, которые наиболее отвечают тематике работы. Следует заметить, что поле сети сетей являет собой сильный диверсификационный механизм, он позволяет стратифицировать пользователей по уровням в зависимости от их участия, [6] так как пользователь не может бесконечно блуждать по всемирной паутине, ему необходимо ощущать себя членом какой-либо группы, с которой мог бы себя идентифицировать. Поэтому среда сети Интернет определенным образом структурируется.

Итак, первая классификация условно называемая «по степени освоения возможностей, предоставляемых сетью Интернет». Согласно этой классификации основные категории людей, использующих Интернет, являются пользователями, посредниками и создателями [7], добавим еще для полноты картины исследователей и технических работников (людей, поддерживающих работу сети).

Пользователями среды сети Интернет являются люди, которые используют Интернет в качестве инструмента для решения различных задач (деловых, учебных, развлекательных). Согласно исследованиям маркетинговых агентств [8], портрет «среднего» российского пользователя Интернет выглядит примерно так: молодые люди возраста до 35 лет, в основном мужчины с образовательным уровнем и уровнем доходов выше среднего. При этом основную массу пользователей Интернета составляют корпоративные сотрудники, их число превышает 75%. Как показали итоги опроса, организованного компанией «Глас рунета», большинство российских пользователей сети не удовлетворены своим социальным положением. В частности, более 54% опрошенных заявили, что имеют доходы ниже среднего, а 43% недовольны своими жилищными условиями. Итоги опроса опровергают распространенное мнение о том, что доступ в интернет однозначно свидетельствует о хорошем уровне доходов. По мере того, как сеть становится все более доступной, социальный портрет интернет-пользователя все меньше отличается от портрета среднестатистического россиянина [9].

Посредниками в среде сети Интернет являются специалисты по информационному поиску. Целью функционирования посредников в среде сети является правильно организованная работа с поисковыми машинами и продуктивный поиск заданной информации. По эмпирическим данным [10] пользователь в сети 43% времени тратит на поиск. Главной проблемой сети Интернет является правильная организация информационных массивов. Кол-во поисковых систем перевалило за 2,5 тыс. (учитывая наиболее стабильные и популярные) [11]. По сути дела, посредник это такой же пользователь, но с более широким набором знаний, умений и навыков о работе в сети. К примеру, можно привести новую профессию – Web -обозреватель, сутью работы которого считается предоставление информации об информации [12].

Создатели – это люди, которые заполняют сеть содержанием (тексты, программные файлы, музыка, графика, мультимедиа, видео, виртуальная реальность) и формами (сайтами, порталами), разрабатывают сценарии развития сети. Предоставление возможности творить является принципиальной чертой среды сети Интернет. Как соотносится творчество в виртуальном мире с миром реальным? Очевидно, что плоды виртуальной деятельности имеют не только виртуальную ценность. В качестве примера, можно привести программистов-профессионалов, получающих за свои виртуальные творения вполне реальную зарплату. Многое из созданного, образно говоря, «на клавишах», имеет эстетическую ценность, и шедевры «компьютерных мастеров» заставляют задуматься о возникновении нового вида искусства со своей эстетикой. Изучая характер влияния коммуникационных технологий на процессы создания и восприятия произведений искусства, исследователи обратили внимание на интересную особенность: с развитием коммуникативной техники процесс творчества все в большей степени приобретает открытость для продолжения; художник создает полуфабрикат, с одной стороны, законченный, но, с другой стороны, требующий в дальнейшем продолжения (например, озвучивания в музыке) . По мнению И. Н. Дубиной в конце XX в. такая тенденция стала основой интерактивного телекоммуникационного творчества, широко открытого для продолжения и соучастия. В телекоммуникационных событиях изображения, графика, тексты и т.п. создаются как бы попутно, они не являются целью креативного процесса. Телекоммуникационное творчество направлено главным образом на создание коммуникативного контекста, в котором каждый из участников может реализовать свою креативность. В этом контексте изображения и тексты создаются и развиваются так же, как в диалоге рождаются и развиваются новые идеи. В телекоммуникационном искусстве продукты креативной деятельности становятся не результатами, а, скорее, документами, фиксирующими креативный процесс своеобразного телекоммуникационного диалога [13].

У сети Интернет нет централизованного органа управления. Сценариями развития сети занимаются объединения людей или комитеты. Одним из основных органов, осуществляющих регулирование сети Интернет как единого механизма, является Internet Society ( ISOC ) [14] — сугубо общественная организация, базирующаяся на взносах участников и пожертвованиях спонсоров. Членами ISOC могут быть как частные лица, так и организации (юридические лица). Правом голосовать на выборах в управляющие органы ISOC («совет старейшин») обладают только частные лица. ISOC осуществляет такие мероприятия, как ежегодные конференции (INET), выпуск информационных материалов (например, Internet Society News) и поддержку информационных серверов. Также деятельность по регуляции среды сети Интернет осуществляется техническими комитетами (или комиссиями) Интернет, так или иначе имеющими отношение к ISOC: комиссия по архитектуре Интернет (Internet Architecture Board — IAB), IETF ( Internet Engineering Task Force ), IRTF ( Internet Research Task Force ), IANA ( Internet Assigned Numbers Authority ), CERT ( Internet Computer Emergency Responce Team ), RIPE ( Reseaux IP Europeens ), InterNIC, информационный центр MERIT[15]

Исследователи – представители различных научных специальностей (социологи, психологи, философы, политологи и т. д.) главной целью пребывания в среде сети Интернет является изучение ее свойств, закономерностей, функций, проблем и перспектив становления и развития среды сети Интернет. Нужно отметить, что исследователи рассматривают среду сети Интернет не только изнутри (практически), но извне (теоретически, через умственные обобщения, написание и публикацию аналитических обзоров, статей, монографий в традиционной печати).

Техническим обеспечением занимаются следующие категории: провайдеры, системные программисты, системные администраторы, веб-дизайнеры. Основной показатель их работы: чем лучше они работают, тем они незаметнее.

Следующая классификация пользователей сети «по половому признаку»: мужчина или женщина. Мужчин в среде сети по данным статистики больше. По данным О. Н Арестовой, А. Е. Войскунского к онтингент женщин и мужчин пользователей Интернета в России существенно различаются. Различия касаются профессии (среди женщин больше преподавателей и научных сотрудников и меньше сетевиков, электронщиков, бизнесменов). Контингент женщин оказался несколько старше по возрасту и гораздо малочисленнее мужского. Женщин-пользователей больше, чем мужчин, интересует информация по образованию, искусству, литературе, культуре, религии. Мужчин более всего интересует информация по науке, вычислительной технике, информатике, коммерческая информация. Среди мотивов деятельности в Интернете женщины чаще, чем мужчины, отмечают: мотив интеллектуальной и творческой самореализации, рекреации, преодоления коммуникативного дефицита. Менее ярко, чем у мужчин, выражена мотивация самоутверждения и аффилиации. Мотивация женщин имеет сильный компенсаторный коммуникативный компонент, то есть важными являются восполнение в Интернете развитого и компетентного общения, которого им, возможно, недостает в реальной жизни. Для женщин в Интернете интересны импровизация и игра, получение новых знаний и личностный рост, возможности которого предоставляются Интернетом. По сравнению с мужчинами женщины проявляют более позитивное отношение к коммуникации в Интернете, они более терпимы к назойливым и необязательным контактами, возникающим м Интернете [16].

Так как основным свойством среды является анонимность, то этот факт освобождает, по мнению психологов, [17] скрытые комплексы, в первую очередь связанные с агрессией и сексуальностью. Психологи также обращают внимание на возможность смены пола в среде сети Интернет. Если в глубине души человек обладает, например, гомосексуальностью, то в среде сети Интернет возможна реализация скрытного. Но не обязательно виртуальная «смена пола» может быть связана с гомосексуализмом или трансвестизмом. Помимо желания контроля над другими людьми, выражения подавленной части своей личности, которые человек не может выразить в реальности Дж. Сулер приводит следующие возможные причины смены пола: некоторые мужчины могут принимать женскую роль, чтобы исследовать отношения между полами; в некоторых случаях «смена пола» может отражать диффузную половую идентичность; иногда «смена пола» — это просто некий новый опыт, возможный благодаря анонимности сетевого общения. Она может объясняться просто стремлением к приобретению любого нового опыта. «Киберпространство предоставляет беспрецедентную возможность экспериментировать, отказаться от экспериментирования, если это необходимо, и затем экспериментировать снова. В нем смена пола — очень простое действие» [18].

Далее рассмотрим классификацию «по степени влияния в среде сети Интернет». В ней происходит условное деление всех людей, пользующих сетью на проектировщиков, разработчиков и пользователей [19]. Эта классификация, по-видимому, была создана под влиянием работ Г. П. Щедровицкого.

Проектировщиком называется человек-мыслитель, который схематично и концептуально разрабатывает как сами технические и программные продукты, так и сферу их потребления.

Разработчики, по сути дела, проводят в реальность планы проектировщиков. В свою очередь делятся на две категории. Первая разрабатывает компьютеры, саму сеть, операционную систему и др. программные продукты, которые можно отнести к ядру сети. Второй категорией являются профессиональные пользователи компьютеров и сети, которые создают массив программ, решающих различные задачи людей реального мира. Рассмотренная категория разработчиков активно действует в пространстве программных разработок и в состоянии видеть глубинные основания свойств сетевого пространства.

Пользователи – самая многочисленная часть людей, использующих сеть Интернет, люди, которые пассивно потребляют предлагаемые им программные и технические решения. Пользователи не состоянии проследить основания создания предлагаемых продуктов, но являются потребителями результатов труда проектировщиков и разработчиков.

Еще одна классификация приведена в Проекте Федерального закона «О государственной политике Российской Федерации по развитию и использованию сети Интернет». Люди, использующие сеть Интернет делятся на «пользователей сети Интернет» и «операторов сети Интернет». Пользователь сети Интернет — лицо, имеющее доступ к получению услуг с использованием сети Интернет. Оператор сети Интернет — лицо, оказывающее услуги с использованием сети Интернет.

Затем следует классификация условно называеая «экономической». Согласно данной классификации Интернет держится на «трех китах», трех ключевых фигурах – Пользователе, Рекламодателе, Веб-издателе. У каждого «кита» своя функция: рекламодатель – платит, веб-издатель обеспечивает всю техническую часть обработки информации в интернете, пользователь получает информацию из Сети и под ее влиянием совершает какие-то выгодные рекламодателю действия. Этот «кругооборот» денег и информации в Сети можно найти, анализируя объекты любого уровня, от узкотематических сайтов до порталов и, в конечном счете, всего сетевого сообщества. Отношения сторон и потоков могут быть различными, но этот цикл есть везде. Главное здесь — процесс, благодаря которому в Сети появляется информация, может быть запущен только в том случае, когда Рекламодатель уверен, что информация, появление и поддержку которой в Интернете он согласен оплачивать, обязательно дойдет до Пользователя. Естественным местом встречи двух потоков – спроса на информацию и предложения информации – являются поисковые системы, и, на первый взгляд, их функция – обеспечить этот контакт [20].

Также рассмотрим дихотомическое деление по степени зависимости от среды сети Интернет на Интернет-зависимых, и, соответственно, Интернет-независимых.

Интернет-зависимость (Internet addiction disorder или IAD) — реально существующий феномен психологической зависимости от среды сети Интернет. Различают два подхода к интерпретации сетевой зависимости.

В рамках первого подхода пристрастие к среде сети Интернет, рассматривается как социальное явление, как феномен массовой культуры. З. Фрейд в работах «Будущее одной иллюзии» и «Недовольство культурой» также полагал, что применительно к культуре в целом при условиях отказа от довольно жестких культурных норм следует, чтобы этот процесс сопровождался некоторым количеством удовольствия. Применительно к Интернету именно это удовольствие, наряду с другими факторами и является той притягательной силой, которая заставляет пользователей проводить долгие часы за экраном монитора.

С точки зрения второго подхода Интернет-зависимость рассматривается как болезнь, как результат влияния среды сети Интернет на человеческую психику. Это проявляется в особой страсти к среде сети Интернет, когда человек так или иначе страдает от такой зависимости, но не может без посторонней помощи прекратить такого рода общение или адекватно регулировать его.

Психологами установлены признаки зависимости: сужение диапазона деятельности, проведение большей части времени за монитором компьютера, стремление постоянно модернизировать свой компьютер и чтение преимущественно электронных журналов, а самое главное потеря контроля над временем. Все это сопровождается нервозностью и беспокойством, пропадает интерес к работе, возникают проблемы в отношении с семьей и друзьями.

Приверженцы данного подхода считают, что зависимость от сети Интернет вырабатывается сравнительно быстро. У 25 % Интернет-зависимых или аддиктов зависимость возникла за первые полгода активной жизни в среде сети Интернет, 58 % стали аддиктами в течение второго полугодия, у 17 % респондентов зависимость сформировалась после более года посещения среды сети.

Психологический портрет аддикта по К. Янг [21] таков. Аддикты, как правило, обладают высоким уровнем абстрактного мышления, они являются явными индивидуалистами, упрямыми, с тенденциями к конформизму. В реальной жизни сетевые зависимые часто сами сознательно провоцируют окружающих на конфликт, у них более ярко выражена склонность к депрессии. Нередко зависимый от Интернета человек испытывал в прошлом компьютерофобию; теперь же, овладев несложными навыками программирования и HTML, или же просто научившись веб-сёрфингу, он чувствует себя «компьютерным гением». Средний возраст пациентов 33 года. Среди них около 70 % мужчин.

Многие аддикты рвутся в Интернет, потому что им неуютно в реальном мире – испытывающие сложности в близком общении, самораскрытии, принятии физического «Я». Своей внешностью они не довольны, никто их не понимает, им хочется чего-то недостижимого [22].

Приведем цитату, которая ярко иллюстрирует данную ситуацию: «Просидишь в сети всю ночь, ложишься спать днем и осознаешь вдруг: тебя просто-напросто вырывают из окружающего мира. Точнее, ты понимаешь, что твой мир – настоящий – там, в компьютере, и только теснота границ этого физического мира не позволяет тебе напрямую подключаться к розетке модема: наш несовершенный организм нуждается в посредничестве компьютера, чтобы прикоснуться к богатству мира сети» [23].

Изучение «нетизеров» (фанатиков Интернет) в США показало, что их психология, менталитет и даже внешние черты характера быстро (за 1-2 года) изменяются в сторону ценностных ориентиров, которые им задает мир виртуальной информации, а реальная жизнь становиться досадной помехой. Анимационные персонажи из мультфильмов и компьютерных игр для них гораздо ближе и понятнее реальных людей.

Виртуальная реальность порождает иллюзию свободы выбора. Компьютер можно просто выключить, выключившись тем самым из мира, в котором находился еще минуту назад, или переключиться на другой сайт. Это порождает иллюзию свободы личностного полагания, когда человек считает себя свободным от множества обязательств реальной жизни. Но на самом деле он оказывается еще более зависимым от виртуальной реальности, не способным вне виртуального мира принимать решения и отвечать за свои поступки [24].

Возникает вопрос: является ли такое развитие человека следствием взаимодействия со средой сети Интернет или в Интернет стремятся люди с предрасположенностью к зависимости? Сама по себе среда сети Интернет – нейтральна. Ее восприятие зависит от человека в эту среду погруженную. Присоединяюсь к мнению, о том, что зависимость зарождается у человека до подключения к сети Интернет. Если эта зависимость не находит выхода в среде сети Интернет, то рано или поздно она проявилась как-нибудь еще. Среда сети Интернет показывает какого рода эта зависимость и как она проявляется. Например, проблемы в сексуальной жизни сублимируется с помощью порносайтов и киберсекса, недостаток общения – в чатах и по e-mail, азарт – в онлайновых играх, в игре на бирже, в участии в аукционах, в совершении покупкок в электронных магазинах, уход от действительности (эскапизм) – в навязчивом веб-сёрфинге. Потребность в последнем — веб-сёрфинге объясняется следующим образом. При быстром передвижении по «интернетовским» страницам на человека направлен быстрый информационный поток. Внимание пользователя при этом сконцентрировано. У пользователя появляется ощущение вызова. Человек теряет ощущение реальности и чувствует, что должен сделать что-то выходящее за границы возможного. Такая эйфория – одно из условий появления зависимости. А внешне это выглядит как многочасовой бесценный веб-сёрфинг.

Одним из предельных случаев примера Интернет-зависимости является такая категория пользователей сети как хакер, сознательно выбирающий среду сети Интернет как поле жизнедеятельности. Слово «хакер» (от англ. hacker ) первоначально переводилось как «компьютерный хулиган». В среде компьютерных профессионалов « to hack » означает два противоположных действия: взлом программы и латание лазеек в программе. Как предполагают исследователи А. А. Зубрилин и Р. И. Александрова [25] этот перевод предполагает поле для различных толкований, совмещающих в себе несколько значений, как крайне негативных («взломщик»), так нейтральных или даже хвалебных («мастер»).

Одним из определений хакером называется «человек, способный жить полной истинной жизнью только общаясь с компьютером». Другое определение, подчеркивает, что преимущественное нахождение в компьютерном мире составляет угрозу духовной жизни ее носителя, вплоть до формирования определенного маниакального типа. Так, по мнению П. Козловски [26] может формироваться патологическая по своей сути враждебность к плоти, происходящая от тотального насыщения, пропитывания жизни моделированием, симуляцией. В культуре хакеров ( Hackerkultur ) заметна ярко выраженная ненависть к себе и антипатия к собственному физическому организму. Мир машины представляется им гораздо более совершенным, чем реальность. Что касается иного значения слова « hacker » как компьютерных преступников, то здесь уже можно рассуждать о собственной этике, в которой нажатие нескольких клавиш на компьютере не воспринимается как нарушение морали либо неэтическое поведение. Поскольку до сих пор принято было считать, что этика определяет отношения между людьми, то хакеры не склоны переносить этические нормы на отношения между компьютерами. Ю. М. Батурин заметил по данному поводу: ««Этика хакеров» оправдывает компьютерные преступления тем, что такое преступление как такое подслушивание и такое подглядывание представляется чем-то абстрактным, не имеющим отношения к настоящему преступлению [27]».

Хакер — это, скорее, психологический портрет личности, а не уровень компьютерного мастерства. Люди, склонные реализовывать свои комплексы прямо за экраном монитора, испытывают потребность ощутить власть над кем-то еще, оставаясь при этом невидимым и неуловимым. Ceгодня можно совершить квалифицированный взлом чего бы то ни было, используя две методики. Метод первый – «классический», состоит в том, чтобы найти слабое место в логике написания или в реализации того или иного алгоритма программного обеспечения, и, используя ее, проникнуть в закрытую от общего доступа информацию. Для того чтобы это проделать, необходимо иметь весьма и весьма высокую квалификацию. Люди, занимающиеся хакерством профессионально или почти профессионально, имеют вполне сложившиеся моральные принципы, не позволяющие им совершать что-либо во зло. Истинный хакер сродни хиппи середины семидесятых. Превыше всего он ценит полную свободу духа. Он способен совершить взлом банка лишь для того, чтобы продемонстрировать слабость его системы безопасности. Никакие деньги непосредственно в процессе взлома его не интересуют. Он возьмет свое потом, когда на конкретных фактах докажет руководству банка, что его можно обокрасть. Но есть и второй — наиболее распространенный на сегодня способ взлома, который состоит в использовании уже готовых рецептов от «хакер-гуру» для взлома самых популярных операционных систем и иного программного обеспечения. Таких вот умельцев с легкой руки журнала «Хакер» [28] теперь повсеместно называют «Кул хуцкер». Классическим примером деятельности «Кул хуцкер» можно назвать «взлом» сервера Windows NT, используя недостатки защиты протокола NetBios[29].

В исследованиях деятельности хакеров доминируют три подхода [30] . Первый основан на критерие несанкционированного вторжения в информационую систему. Согласно данному критерию хакерство отождествляется с преступной деятельностью. Наиболее распространен среди представителей структур госбезопасности. Опираясь на данный критерий, проводится классификация деятельности хакеров. Например, в разработанной на факультете информационной безопасности МИФИ выделяются:

— «шутники» — осуществляет взлом компьютерной системы для достижения известности. Не склоны причинять серьезного вреда системе и выражают себя внесением различных юмористических заставок, вирусов с различными звуковыми эффектами.

— «фракеры» осуществляют взлом интрасети в познавательных целях для получения информации о топологии сетей, используемых в них программно-аппаратных средствах и информационных ресурсах, а также реализованных методах защиты.

— «взломщики-профессионалы» осуществляют взлом компьютерной системы с целью кражи или подмены хранящейся там информации. Для них характерна системность и организованность дествий (исследование вычислительной системы с целью выявления изъянов в ней), разработка программной атаки и непосредственное ее осуществление. Разновидностью этой категории являются взломщики программного обеспечения и специалисты по подбору паролей.

— «вандалы» — осуществляют взлом компьютерной системы для ее разрушения; порча и удаление данных, создание вирусов или «троянских коней».

Второй подход опирается на критерий мотивации при оценке дестельности хакеров: «человек, подсматривающий и ищущий (хакер) становится взломщиком, действующим корыстно (кракер), беспредельно разрушительно (кибертеррорист) или идейно (хактивист)».

Третий подход сформировался в среде технической интеллегенции, связанной с компьютерными технологиями. «Хакерство» рассматривается как исторический и социокультурный феномен, имеющий собственные специфические признаки на различных этапах своего развития .

К примеру, приведу тест, определяющий степень оторванности от реального мира и погружённости в компьютерный мир. В пункте о социальных связях человека были следующие варианты ответов: «Знаете ли вы лично более 12 человек?», «более 6 человек?» и, наконец, «знаете ли вы вообще кого-либо?». Далее по тесту идет выяснение неординарности восприятия информации: «можете ли вы насвистеть или настучать код, передаваемый модемом?». Подобные задания типичны для восточных тренингов, связанных с активацией творческих способностей и налаживания контакта с собственными психическими структурами. Основная задача таких упражнений – введение в состояние транса и активизация парадоксального мышления. Личность в этом специфическом состоянии способна решить проблемы, неподвластные нашему рациональному уму.

Еще одним из предельных случаев является не только психологическое сращение, а уже и физиологическое, к примеру, микросхема в человеческом теле.

Вживление в мозг чипов с выращенными на них нервными волокнами уже осуществлено в США на животных. Английский профессор К. Уорвик имплантировал себе и родственникам под кожу микропроцессоры, что должно стать прообразом построения искусственной ментальной связи, способной передавать ощущения, эмоции и чувства [31].

Развитие технологии имплантантов, способных через Интернет передавать информацию, концентрирующихся в глобальных базах данных, с помощью которых можно получить исчерпывающие представления о человеке – о психофизиологических характеристик до личных качеств. Пока главным препятствием для широкого использования имплантантов является размер (несколько сантиметров). Подобного рода устройства выпускаются в виде наручных часов до пейджеров, подключенных к диспетчерскому пункту через сотовую связь. При этом фиксируется местонахождение владельца этого устройства, а в будущем возможна передача данных о его физическом состоянии. Разработчики радиоэлектронных устройств RFID ( radio frequency identification ) – радиочастотной идентификации предполагают использовать для сбора определенной информации и передачи ее по радиоканалам на воспринимающее устройство – ридер. Данные микрочипы обладают рядом преимуществ: дешевы, миниатурны и имеют широкий диапазон применения. Если сейчас вживление чипа — дело добровольное, то в дальнейшем возможно внедрение чипов не только в вещи, денежные купюры, но и в кожу, волосы и т. п. без согласия человека. Тенденции развития эксперементов с чипами показывают, что в первую очередь их внедрение будет происходить в развивающихся странах. Это связано с несовершенством законодательства, отсутствием действенных общественных движений по защите прав личности и т. п. К примеру, в Мексике вживление чипов приняло массовый характер. В мае 2002 г. трое членов семьи Джекобсов стали первыми носителями имплантанта VeryChip , в 2003 г. по поводу вживления чипов обращались уже сотни мексиканцев. Появилась даже новая профессия «чипмейкер». По прогнозам экспертов, уже в 2004 10 тыс. жителей этой страны будут носить в своем теле имплантанты.

Дальнейшее развитие в области разработки чипов идет по пути усовершенствования их функций. Современные тенденции таковы, что чипы нового поколения будут представлять собой миниатюрный компьютер с набором датчиков. Над такими устройствами уже работают в корпорации Intel . Созданное устройство названо «пылинками» (в силу их размеров). В зависимости от изменений окружающей среды и решаемых задач «пылинки» способны объединяться в сенсорную сеть: системно собирать и анализировать информацию, как с участием человека, так и при его отсутствии [32].

А что же все-таки считается временной «нормой» пребывания в сети? Нормой может считаться, по мнению Бреннера, в среднем о 19 часах работы в среде сети Интернет в неделю. Опрос пользователей сети Интернет показал, что многие из полученных ответов содержали вплоть до 10 признаков нарушения нормального функционирования (прежде всего, неспособность контролировать время, нарушения сна и режима питания). Неожиданным оказалось и то, что у 80% респондентов были обнаружены, по крайней мере, пять из таких признаков. Эти данные показывают, что присутствие некоторого уровня проблем является нормальным и его не следует рассматривать в контексте патологии. Характеристика Интернета как крайне привлекательной среды определяет закономерность его влияния на жизнь пользователей, проводящих много времени в сети [33].

Сегодня уже известны эксперименты [34], когда совершенно нормальные, психически здоровые люди длительное время не имели никаких контактов и не совершали никаких действий иначе, как через сеть Интернет. Единственным, что в ходе этих экспериментов оставалось от традиционных форм жизнедеятельности – это элементарные физиологические потребности. И основной результат данных экспериментов заключается в том, что люди («помещенные в среду Интернет») преимущественно не испытывают явного дискомфорта, дефицита в удовлетворении каких-либо потребностей и тем более не были отмечены психические нарушения. Конечно, это не говорит о том, что изолированное обитание в Сети это норма для человека будущего, но это, по крайней мере, позволяет ставить вопрос о том, в какой степени тот или иной («реальный» или «виртуальный») мир является сервисным, а в какой степени – основным.

Одной из классификаций людей, использующих сеть Интернет, является тоже дихотомия: люди, создающие в сети «виртуальные личности» и не создающих их.

В настоящее время активно ведутся дискуссии о том, является ли «виртуальная личность» личность в прямом смысле этого слова или нет. Традиционная трактовка личности предполагает выявление присущих ей ценностных установок, индивидуальных черт характера, жизненной позиции, мировоззрения, а также внешнего облика, т. е. диалектическое единство биологического и духовного. Главное отличие виртуального мира от реального заключается в отсутствии в первом материальных форм бытия. Для «виртуальной личности» это означает потерю телесности. Ответ на этот вопрос нужно искать в пространстве уничтожения телесности как таковой в киберпространстве. Человек как бы отсоединяется от своего тела и при помощи различных приспособлений (очки, перчатки и т.д.) может перемещаться из одного пространства в другое, менять свой мир так, как ему захочется [35] . У каждой «виртуальной личности» существует создатель, иногда анонимный. Создание «виртуальной личности» может обогащать человека, развивая в нем способности приспособления к новым условиям, касающимися его среды проживания. В то же время уход в виртуальный мир чаще всего обусловлен проблемами в релаьной жизни и играет чисто компенсационную функцию.

В компьютерном мире нет смерти. «Виртуальная личность» может жить «вечно», не опасаясь болезней и утрат. Именно поэтому киберпространство является столь привлекательным для людей с еще не сформировавшейся до конца структурой личности и личностным бытием. На самом деле надежды такого рода людей имеют основания. Например, на Берлинском кинофестивале дали премию за лучшую мужскую роль актеру, который умер на второй неделе после начала съемок фильма-лауреата. То, что успели отснять за две недели, оцифровали, а дальше работал другой актер, «обтянутый» этой цифровой оболочкой. Этот двойник, может осуществлять свою жизнедеятельность неограниченно долго в среде компьютерной сети. Подобные проекты уже стали реальностью. Еще пример, сетевой проект «Автоизображение» осуществляет умерший в 1998 году английский художник Дональд Родни. Зная о своей скорой смерти, Д. Родни решил перенести и свое физическое присутствие, и элементы своей творческой индивидуальности в среду сети Интернет. Для этого он широко использовал самые разные информационные источники: от собственных рентгеновских снимков до образцов крови и клеточных культур. Еще при жизни, с помощью «Автоизображения» Родни постепенно делегировал свои творческие функции посетителям его сайта [36] . Порождение новых произведений проходило в интерактивном режиме. Теперь, когда Родни не стало, посетители сайта могут по-прежнему создавать новые произведения в духе работ Дональда, читать интервью с ним, непосредственно влиять на генерацию дальнейшего сценария сетевого существования Дональда [37].

Еще один пример: 20.08.99 базирующаяся в Вашингтоне фирма Triumph PC ONLINE объявила о начале работы над проектом «Цифровая пластическая карма» (Plastic Digital Karma Project). В его рамках директор фирмы Дэвид Мэггин (David Maggin) придумал оживить Джона Леннона при помощи технологии Persona-Bots. Эта технология может воссоздать индивидуальность любого субекта, будь это знаменитость, вымышленный персонаж, историческая фигура, политический деятель, представитель компании или даже сама компания непосредственно. Главные цели этой новой технологии: сделать Сеть и другие интерактивные среды эргономичными, чтобы обучать, информировать, развлекать и делать деньги; создать более эффективный интерфейс для распространения новостей и информации; уменьшить стоимость и упростить передачу информации». 21.10.99 Triumph PC представила общественности «Проект искусственного интеллекта Джона Леннона» [38].

Потребность в создании «виртуальной личности», отличающейся от реальной, чаще всего характерна для подростков, для которых наиболее остро стоит вопрос самопрезентации, игры, общения. Среда сети Интернет предоставляет широкие возможности для удовлетворения данных потребностей, позволяя продуцировать любые желаемые образы [39].

Особенностью русскоязычной части среды сети Интернет является наличие ярких конструктивных виртуальных персонажей, которые активно участвуют в сетевой жизни, вызывая как интеллектуальные, так и эмоциональные реакции реально существующих людей. Они полемизируют, защищают свои идеалы и ценности, «сердятся» и «радуются» так, как если бы они были реальными личностями. К наиболее известным из русскоязычных «виртуальных личностей» конструктивного плана можно отнести: Мери и Перси Шелли [40], Май Иванович Мухин, Катю Деткину и др.

Последней в этой статье является классифиция делящая, «сетевых жителей» на состоящих в «виртуальных сообществах» и не состоящих в них. Одной из единиц социального пространства сети Интернет являются «виртуальные сообщества».

«Виртуальные сообщества»- это социальные скопления, которые появляются в киберпространстве, когда достаточное количество людей в течение долгого времени обмениваются мнениями, участвуют в дискуссиях, создавая сети личных отношений в среде сети Интернет. Х. Рейнгольд подчеркивает важность участия в дискуссиях именно оживленно и эмоционально, считая это проявлением жизни виртуальных общин.

Э. Шапиро [41] в работе «Уличные углы киберпространства» отмечает, что виртуальные общества создают социальные цепочки, основанные на общности интересов людей, способных организовывать публичные дискуссии в киберпространстве, как на общественные, так и на частные темы. Э. Шапиро предлагает к рассмотрению две модели кибернетического пространства. Согласно первой модели, называемой «Кибер-Беркли», сетевое пространство которой представляется в качестве активной общественной сферы. Концепция второй модели «Кибер-Сибирь» выражена в том, что в данном случае люди не в силах создать яркую арену общественного выражения. В результате общественная сфера не способна функционировать в силу своей слабости и незрелости.

« Виртуальное сообщество» не стоит рассматривать лишь как утопическую мечту, в которой люди приклеены к экранам монитора и не могут от них оторваться. На самом деле отношения, формирующиеся в среде сети Интернет, могут продолжать свое существование и в реальности. Например, деятельность «виртуального сообщества» УЕЛЛ ( WELL — Whole Earth ‘ Lectronic Link ), члены которого собираются в Сан-Франциско с целью обсуждения деятельности «виртуального сообщества», а также, чтобы вместе отметить знаменательные события в жизни друг друга. Так Х. Рейнгольд пишет, что всего за один год он посетил несколько свадеб, дней рождения, похорон своих друзей, обретенных в «виртуальном сообществе» УЕЛЛ.

В «виртуальных сообществах» идентичность человека зачастую сводится к эфемерным условным знакам, вроде прозвища (« nick — name ») или пиктограммы. Явление, которое в этих случаях наблюдается можно обозначить термином «игровая идентичность»: индивиды не строго следуют определенным культурным образцам и традициям, а свободно меняют их, подобно маскам, в зависимости от конкретной коммуникативной ситуации [42].

Итак, основные классификации людей использующих сеть Интернет следующие, условно называемые: «по степени освоения возможностей, предоставляемых сетью Интернет»; классификация пользователей сети «по половому признаку»; классификацию «по степени влияния в среде сети Интернет»; «юридическая»; «экономическая классификация»; дихотомическое деление по степени зависимости от среды сети Интернет; на пользователей, создающих в сети «виртуальные личности» и не создающих их; на состоящих в «виртуальных сообществах» и не состоящих в них.

Таким образом, среда сети Интернет — это пространство, которая открывает новые возможности и по отношению к человеку «входящему» предоставляет различные «сетевые роли». Как этими возможностями воспользоваться определяется самим человеком. В зависимости от того, какая точка зрения будет воплощена в жизнь, с одной стороны, среда сети Интернет может стереть все границы сфере распространения информации и коммуникаций, а с другой стороны, среда сети Интернет может стать инструментом тотального контроля над личностью и человеческим сознанием.


[1] Журавлева Е. Ю. К содержанию понятия «Интернет» // Труды Всероссийской научной конференции “Гуманитарная информатика” (9-12 ноября 2004г., Санкт-Петербург) Сп-бГУ.

[2] Мясников В. А. СНГ: информационное взаимодействие в образовании в контексте глобализации // Социально-гуманитарные знания. – 2002. — № 4. – С. 176-190.

[3]Источник : Nielsen//NetRatings—«Internet Universe Grows By 6.8 Million Individuals in March» [WWW document] URL http://www.compulenta.ru/news/2001/5/3/12292

[4] Прохоров А. Интернет как новая глобальная индустрия: анализ, тенденции, прогнозы // Компьютер-пресс. – 2001. — № 1. — С. 34-38.

[5]Арестова О. Н., Бабанин Л. Н., Войскунский А. Е. Мотивация пользователей Интернета.

[6] Королев П. Отклик на пятивопросное вступительное слово.

[7] Барышева О. В. Угрожает ли Интернет существованию библиотек? // Библиография. – 2002. — №4. – С. 3-14.

[8] Аглицкий Д. С., Аглицкий И. С. Российский рынок информационных технологий: проблемы и решения. — М.: 2000. — c.58.

[9] Предлагаем ознакомиться с социальным портретом интернет-пользователя. 07 октября 2004

[10] http :// www . nielsen — netratings . com от 19.09.01

[11] Барышева О. В. Угрожает ли Интернет существованию библиотек? // Библиография. – 2002. — №4. – С. 3-14.

[12] Белинис Л. Электронная демократия: политика в условиях глобальной коммуникации // Журнал социологии и социальной антропологии. — 2003. — №4.- С. 67-81.

[13] Дубина И. Н. Современное телекоммуникационное искусство: становление новой парадигмы творчества. [WWW document]

[14] Сайт Internet Society (ISOC) http://www.isoc.org

[15]Управление и регулирование Интернет. Материалы подготовлены РосНИИРОС. http://www.rocit.ru/inform/index.php3?path=regulation

[16] Арестова О. Н., Войскунский А. Е. Исследование половых различий при работе с Интернетом на примере российских пользователей.

[17] Выгонский С. Психиатрия недооценивает интернет-зависимость. www.membrana.ru

[18] Жичкина А.Е., Белинская Е.П. Стратегии самопрезентации в Интернет и их связь с реальной идентичностью или Сулер Д. Люди превращаются в Электроников. Основные психологические характеристики виртуального пространства.

[19] Елашкина А. В. Взгляд на феномен Глобальной Сети.

[20] Иванов А. Сетевая экология. Опубликовано 26.11.2003

[21] Янг К. Диагноз-Интернет-зависимость.

[22] Валентинов А. Психологический портрет в Интернете // Российская газета. – 2002. – 21.06. – С.25.

[23] Зубрилин А. А. Интернет: технологический и социальный аспекты // Информатика и образование. – 2001. — № 7. — С. 53-62

[24] Пудикова А. А. Киберпространство и перспектива формирования личностного бытия

[25] Зубрилин А. А., Александрова Р. И. Эмигрировавшие в Интернет // Человек. – 2002. — № 4. – С. 131-137.

[26] Козловски П. Культура постмодерно: общественно-культурные последствия технического развития / Пер. с нем., М. – 1997 цитируется по Зубрилин А. А., Александрова Р. И. Эмигрировавшие в Интернет // Человек. – 2002. — № 4. – С. 131-137.

[27] Батурин Ю. М. Право и политика в компьютерном круге: Буржуазная демократия и «электронная диктатура». М. – 1987.

[28] http://www.xakep.ru/

[29] Кондращев С.Сеть и сетевые жители (октябрь 2001)

[30] Скородумова О. Б. Хакеры как феномен информационного пространства // Социс. – 2004. — №2. – С. 70-79.

[31] Мясникова Л. А. Экономика постмодерна и отношения собственности // Вопросы философии. – 2002. – № 7. – С. 5-17.

[32] Подробнее: Гордиенко И. Протезы нового века ; Американской компании разрешили продавать микрочипы под кодовым названием VeriChip www .CNews.ru ; «Наше все зашьют» под кожу. 26.11.2003

[33] Холмс Л. «Норма» и «патология» в использовании Интернета What is «Normal» Internet Use? Leonard Holmes , Ph . D . Перевод: Щепилина Е. А.

[34] Русин А. С. Обитание в Сети. Форум «Трансформация сознания в эпоху Интернета» модераторы форума Розин В. М., Алексеева И. Ю. [ WWW document ]

[35] Пудикова А. А. Киберпространство и перспектива формирования личностного бытия.

[36] www.iniva.org/autoicon

[37] Ваганов А. Г. Вечная память. Смерть как способ существования оцифрованной информации. Форум «Трансформация сознания в эпоху Интернета» модераторы форума Розин В. М., Алексеева И. Ю. [ WWW document ]

[38] John Lennon Artificial Intelligence Project.

[39] Скородумова О. Б. Виртуальная личность и свобода (к проблеме социокультурных истоков понимания свободы в Интернете) // Вестник Московского университета. Серия 7. Философия. – 2004. -№2. – С. 75-96.

[40] http://www.fuga.ru/shelley/pautina/pautina.htm

[41] Shapiro, Andrew. Street Corners in Cyberspace. – The Nation. – Juli. – 1995. P . 10-14 цитируется по Рягузова Т. Интернет и его роль в формировании новой информационной сферы общественного взаимодействия / Массовая коммуникация и массовое сознание: сборник научных статей. Выпуск второй / Под ред. проф. В. Л. Артемова. – М.: МГИМО (У) МИД России. – 2002. – С.106-130.

[42] Захаров А. В. Массовое общество и культура в России // Вопросы философии. — № 9-2003- С. 3-16.

 

Метки: , , , ,

Версия для печати Версия для печати

Написать ответ

 
SSD Optimize WordPress UA-18550858-1