Машина культуры — культура гипертекста

15 февраля 2011
от

Значение термина «гипертекст» многозначно: гипертекст, как способ организации информации в машине и гипертекст как социокультурный феномен.

В первом значении гипертекст подразумевает и наименование языка, на котором пишутся web-страницы — hyper text markup language (html, язык разметки гипертекстов), и сам электронный документ. Гипертекст содержит так называемые гиперссылки — метки, отсылающие пользователя к другим текстам и документам.

Первая попытка описать «гипертекстовую машину» была предпринята В.Бушем в 1945 году  [1], который предложил проект электронно-механического устройства, названного «Мемех» (от английского MEMory Extension). С помощью механических средств тексты, записанные на микрофильмы, связывались между собой так, что переход от одного к другому осуществляется непосредственно, даже если физически они расположены далеко друг от друга. Тексты, связанные между собой, оставляли «след», траекторию движения по тексту. Текст в целом приобретал разветвленную структуру.

В этом описании нетрудно увидеть черты современных информационных мегамашин интернета, однако воплотить эти разработки во времена Буша так и не удалось. Причина заключалась не только в громоздкости самого устройства, но и в принципиальной новизне организации информации, то есть несоответствии мышления пользователя того времени революционным идеям Буша. В этой связи уместно привести здесь расширенную цитату из работы Буша «Как мы можем мыслить»:

«Наш мозг оперирует данными через ассоциации, создавая паутину из цепочек (…). Представим будущее возможное устройство — назовем его «memex», которое помогает человеку хранить все его записи и все его коммуникации с другими людьми (…) Эта система использует индексирование — если человек хочет получить доступ к книге — он набирает необходимый код на клавиатуре и нужная книга или страница возникает перед ним на экране мемекса. Когда пользователь строит ассоциативную цепочку между двумя документами, то он записывает название цепочки в книгу кодов. Сохраненные цепочки могут быть доступны пользователю в любое время. Они образуют совершенно новую книгу, которая хранится внутри мемекса и может быть вызвана из его памяти и через много лет. Возникают совершенно новые формы энциклопедий, которые содержат цепочки документов (…) Возникает новая профессия проходчиков виртуальных троп (trail blazers), людей, которые находят удовольствие в создании и построении полезных путей сквозь массу обычных данных« [2].

Важно подчеркнуть, что если Буш и его последователи смотрели на гипертекстовые системы, прежде всего, с инженерной и научной точки зрения, хотя их задачей было, в конечном счете, расширение человеческих возможностей, Тэодор Нельсон пытался решать литературную, в широком смысле этого слова задачу. Свою гипертекстовую систему он назвал «Ксанаду» (Xanadu) по имени «волшебного места, хранимого в литературной памяти« [3]. Это название он взял из поэмы С.Т. Кольриджа [4] «Кубла Хан». «Ксанаду» была представлена в книге Нельсона «Literary Machines» [5]. Свои цели Нельсон описывает следующим образом: «Руководствуясь идеями, характер которых литературный, а не технический, мы создали систему для хранения и поиска текста, в котором введены взаимосвязи и «окна». Наша фундаментальная единица, документ, может иметь «окна» на любые другие документы. «Информационное тело» системы эволюционирует, непрерывно расширяясь без изменения своей основы. Новые связи и новые «окна» постоянно добавляют новые пути доступа к старому материалу« [6].

Окна здесь не что иное, как гиперссылки на другие фрагменты сети. Впрочем «окно» наверно точнее и «литературнее» чем гиперссылка, так как отражает проход в иное смысловое пространство, а не просто переход к другому документу.

Упомянутая выше книга Нельсона «Литературная машина» сама по себе была написана в форме гипертекста. В ней есть вступительная глава, несколько первых глав, одна вторая глава, несколько третьих глав. Автор предлагает читать их в следующем порядке: сначала прочитывается вступительная глава, затем любая из первых глав, затем вторая, затем любая из третьих. И если нужно что-то уточнить, необходимо обратиться к другой первой главе, затем опять вторая, затем другая третья и так далее. К книге прилагаются возможные схемы ее чтения. Эти схемы следует рассматривать как метафору самой гипертекстовости.

Долгосрочная цель проекта «Ксанаду» состояла в обеспечении революционного процесса перевода всей мировой литературы в режим прямого доступа онлайн. Идеология данной разработки базировалась на двух основных идеях:

а) литература (понимаемая в широком смысле как информация, предназначенная для сохранения) представляет собой непрерывную систему взаимосвязанных произведений [7].

б) система, управляющая доступом к «литературе», имеет целевую установку, направленную на максимальное освобождение пользователя при работе с информацией [8].

Ядром структуры «Ксанаду» является возможность неоднократного включения одного и того же текста в другие («трансвключение»). Этот механизм позволяет вставить копию цитаты одного документа в другой документ, и он будет выглядеть как обыкновенный линейный текст. В «Ксанаду» используется расширенная интерпретация понятия «ссылки». Нельсон рассматривает ссылку наряду с трансвключением как важнейший инструмент для работы с текстом. Отправным пунктом в понимании того, какими должны быть ссылки, является понятие «версии».

Основными чертами «Ксанаду» можно считать следующие: 1) необрываемые связи; 2) управление авторскими правами (COPYRIGHT); 3) связь с оригиналом — все цитаты и выписки остаются связанными с оригиналом; 4) двунаправленные ссылки — любой читатель может присоединить комментарий к любой странице. «Ксанаду» делает возможным организовывать двунаправленные связи от любого места любого документа с любым местом другого документа; 5) любой байт в любом документе имеет уникальный адрес; 6) взаимное сравнение соединенных документов, показываемое двунаправленными связями; 7) полное управление версиями: документ может быть изменен, но предыдущие версии остаются доступными, версии могут ветвиться, авторы могут легко увидеть различия между версиями [9]; 8) хранение версий осуществляется в динамическом режиме: полностью хранится только текущая версия, а остальные версии получаются от текущих путем отработки назад изменений; 9) новые изменения могут быть внесены авторами без обрыва старых связей.

Легко убедиться в том, что гипертекст в форме World Wide Web (WWW), части интернета, в основу которой положен гипертекстовый протокол http (HyperText Transport Protocol) в своем традиционном [10] виде, и наполовину не отвечает требованиям «Ксанаду». Однако совокупность сервисов под общим названием WEB2.0 уже вполне приблизилась к реализации идей Нельсона.

В дальнейшем, в 1980-е годы, создается множество коммерческих гипертекстовых систем. Происходит сдвиг в идеологии вычислительной техники (появление персонального компьютера) и активное развитие сетевых технологий. Появляется экспериментальная сеть ARPAnet [11], предназначенная для военных целей (необходимо было найти средства передачи данных в условиях частично разрушенных сетей). Настоящий прорыв произошел в 1983 году, когда возникла потребность вместо подключения к одному большому компьютеру создавать разные локальные сети и объединять их [12].

В конце 70-х годов в России группа исследователей под руководством М.М. Субботина [13] также занималась вопросами организации электронных текстов. Популярной темой в современных гипертекстовых исследованиях являются «Информационные фермы» и «гипертекстовые сады и парки» — это персональные информационные пространства, которые можно «возделывать», «культивировать», совершать по ним «прогулки», наблюдать и созерцать руины в тени чащ. Так появляется новая романтика и поэзия гипертекста.

В целом же гипертекст это не столько некоторое специальное представление текста и способ его чтения, сколько способ его генерации. Гипертекст интерактивен в смысле как его потребления, так и порождения. Очевидно также, коль скоро мы говорим о гипертекстовой журналистике и о гипертекстовости журналистики, то должны также говорить о современных условиях участия в журналисткой деятельности. Главное из этих условий — достижение понимания феномена гипертекста и умения с ним и в нем работать.

Второе значение термина — гипертекст как социокультурный феномен — было актуализировано в эпоху постмодернизма в работах Ж.Дерриды, Ж. Бодрийяра, Ж.Делёза, Ф.Гваттари, Ж.-Ф. Лиотара, М.Фуко, Р.Барта, М.Кастельса, У.Эко, М.Визеля. В этих работах гипертекст выступает уже как знаковая характеристика современной реальности.

Окончательно развести эти два значения термина достаточно сложно. Считается, что гипертекст — новейшая конструкция, вызванная к жизни интернет-технологиями и виртуальными реальностями. Однако необходимо признать, что гипертексты (или тексты, построенные по тому же принципу) существовали задолго до эпохи электронных документов. Гипертекстом, по сути, является любой словарь или энциклопедия, содержащие ссылки на другие статьи того же словаря или энциклопедии. И все-таки актуализацией понятия «гипертекст» мы обязаны постмодернизму, причем не сколько философии посмодернизма, столько цивилизационным изменениям, определяемым как общество постмодерна. Гипертекст действительно феномен цивилизации постмодерна, то есть постиндустриального и информационального общества. При этом цивилизационные реалии и постмодернистские концепции позволили распознать гипертекст в феноменах культуры прошлого.

Сам по себе постмодернизм это не только философское течение, но и закономерный результат рефлексии множественных информационно-коммуникативных практик, поэтому его концепты легко обнаруживают себя в различных сферах современной человеческой деятельности и особенно в тех, которые непосредственно связаны с коммуникациями и информацией.

Гипертекст — следствие информационно-коммуникативной перенасыщенности современного образа жизни, «множественность поверхностей», по которым вынужден скользить современник, подчиняясь организованности нового типа, которую Делёз и Гваттари назвали ризомой [14].

В некотором смысле предтечей гипертекста являлся «текст в тексте» — структура, получившая в XX веке особенно широкое распространение, хотя присутствовала и раньше. Эта конструкция характеризуется тем, что один текст оказывается вложенным в другой.

Последнее создает условия взаимодействия между двумя структурными организациями, между двумя языками, двумя кодировками [15], что потенциально может породить неограниченное количество смыслов. Более того, только общение и взаимодействие разных текстов способно стать «активным фактором культуры как работающей семиотической системы« [16].

Существование структуры «текст в тексте» позволило ввести понятие «интертекстуальность» (Ю.Кристева, 1967). Этот термин получил более пространное толкование, чем включенность одного текста в другой, и означает размывание границ текста, в результате которого текст лишается законченности и закрытости, становится внутренне неоднородным и множественным.

Какие бы мы не взяли признаки интертекстуальности — цитатность, децентрированность, безграничность, все они являются неотъемлемыми характеристиками гипертекста. Очевидно, что цитатный подход заложен в саму основу гипертекста — ссылки есть не что иное как указатели на смежные тексты, т.е. цитаты. Также не вызывает сомнения, что гипертекст децентрирован — стержневая идея неизбежно рассеивается в бесконечности ссылок.

Специфическим образом в гипертекстовом пространстве выявляется такая характеристика интертекстуальности, как деперсонализация автора. «Растворение» автора осуществляется в соответствии со схемой, предложенной Бартом в эссе «Смерть автора« [17]. По Барту в произведении «говорит» не автор, а язык, читатель слышит голос не автора, а текста, организованного в соответствии с правилами «культурного кода». Технология ссылок предполагает «множественность» авторов, то есть делает невозможным существование обособленного текста. В глобальной сети именно ссылки определяют онтологический статус текста, ибо лишенный их он становится невостребованным. Таким образом, деперсонализация автора определяется перекрестной структурой гипертекста.

В трудах Тартуской школы семиотики культура предстает как текст, выстроенный из множества текстов, это «сложная, иерархически организованная, работающая система". Элементом такой системы является и сам человек, взаимодействующий с текстом. Участие читателя в производстве смысла особенно ярко проявляется в журналистике, даже в ее вещательной форме, поскольку читательская аудитория продолжает оставаться основным заказчиком информации.

Тезис о «работающем» тексте приобретает дополнительный аспект в интернет-журналистике, где текст — устройство и конструкция, открывающиеся в процессе взаимодействия.

Гипертекст, в принципе, не может рассматриваться как линейный или плоский, тот, который мы видим, читая книгу. Нелинейный текст рассредоточен в пространстве. Он позволяет свести множества значений воедино во времени, позволяет зафиксировать ускользающие значения в виде гибких связей-переходов. Ж.Деррида, например, говорит о новом типе книги, основанном на нелинейном принципе её организации. Тем самым подрывается тотальность, которую несёт в себе книга традиционного типа [18]. И это действительно происходит в коммуникативной реальности интернет.

Гипертекст, разрушающий детерминированность и однозначность сообщения, оказался инструментом, наиболее адекватно описывающим новые взаимоотношения с реальностью. Исторически определенная картина действительности (эпистема, по М.Фуко) подчинена структуре властных отношений и выступает как «тотализирующий дискурс», легитимирующий власть, поэтому она не может быть нейтральной или объективной. Тотализирующий дискурс, транслируемый прежде всего СМИ — мистифицирует массовое сознание и ведет к фундаментальным трансформациям культуры.

Специализированная часть эпистемы — эпистема масс-медиа — продукт дискурса повседневности. Эпистема масс-медиа — это все сказанные когда-либо слова, стоящие в сложных отношениях-коммуникациях друг к другу, интерпретируемые в контексте изменяющейся «повестки дня».

Для вскрытия этих отношений постмодернизм выработал ряд принципов: деконструкцию (Ж. Деррида), язык бессознательного (Ж. Лакан), дизоанализ (Ж. Делёз), а также концепцию «открытого» текста (У. Эко). Р.Барт, М.Фуко и Ж.Ф. Лиотар считали, что не существует реальности, которая обладала хоть каким-то смыслом, объединяющим всех вне высказывания или текста, следовательно, существуют только версии и интерпретации. Версии всегда множественны и не подчинены иерархиям.

Важно отметить близость понятия «версия» в данном контексте и того, что понималось под «версией» в рассмотренной выше гипертекстовой машине «Ксанаду». В проекте «Ксанаду» технически закладывалась не только множественность версий, но и их ветвление, и сохранение всех цепочек. Впоследствии эта идея найдет технологическое воплощение в сервисах WEB2.0.

Особо следует остановиться на версиях новостей. В интернет-СМИ, в частности в поисковиках на первых страницах приводятся ссылки из новостных лент различных изданий, по сути версий одного и того же события. Это предоставляет возможность пользователю познакомиться со спектром их интерпретаций. Еще более примечательный в этом плане проект осуществляет википедиа, где открыт отдел новостей, собираемый пользователями-добровольцами. Здесь новости проходят через дополнительный «народный» фильтр, что создает полную иллюзию «народного радио». Следует отметить, что викиновости отличаются по структуре от других новостных ресурсов интернета прежде всего гипертекстовой энциклопедичностью, проявляющейся с одной стороны в структурном подобии представления новостей другим статьям википедии, а с другой — присутствием внутри текстов гиперссылок к справочным или дополнительным информационном блокам. Новость нагружается знаниевым контекстом, а знакомство с новостью становится приглашением к путешествию.

В целом гипертекстуальность современной культуры трансформирует поле журналистики, которое погружает аудитории в сложный полицентричный дискурс. Способ организации текста в сети интернет соответствует основным идеям номадологии (от номад — кочевник), разработанных Делёзом и Гваттари в «Тысяче поверхностей». Человек, находящийся на просторах Интернета, в определенной степени становится номадом — кочевником, населяющим пространство, метки которого постоянно смещаются вместе с его трассой. Обитатель сети сращен с пространством также как и номад, только его мир не степь, а гиперреальность, в которой и проходят его бесконечные путешествия. Важной особенностью гипертекста, является срастание сознания со средствами коммуникации. Постмодернистский дискурс стремится использовать любой материал для разрушения устойчивой связи означаемого и означающего. Главная цель — устранить единственное означаемое и обеспечить избыточность означающих. В результате для человека постмодерна быстрая смена картинок, образов и есть «чтение".

Постмодернистский электронный гипертекст по своей сути противоположен модернистскому печатному тексту, это неотъемлемая и закономерная часть переживаемой нами эпохи, и в данной ситуации уже можно говорить о своеобразной субкультуре гипертекста.

Фрагмент
работы
:

Калмыков А.А. Интерактивная гипертекстовая журналистика в системе
отечественных СМИ. Научное издание / А.А. Калмыков; под ред. В.С.
Хелемендика. М.: Издательство ИПК работников ТВ и РВ, 2009. 84 с.


Скачать книгу


 [1] Bush V. As we may think //Atlantic Monthly. Vol. 176. No 1. 1945. P.
101–108.

 [2] Vannevar Bush. As we may think. The atlantic monthly, July 1945.

 [3] См. Paul Freiberger, Michael Swaine. Fire in the Valley.The Making of the Personal Computer. Osborne/McGraw-Hill, Berkeley, California, 1984. Русский перевод: Фрейбергер Пол, Свейн Майкл Пожар в долине. История создания персональных компьютеров. Группа Дарнэлл, 2000. и Частиков А.П. Архитекторы компьютерного мира. — СПб.: БХВ-Петербург, 2002.

 [4] Самюэль Тэйлор Кольридж (англ. Samuel Taylor Coleridge; (21 октября 1772, Оттери-Сент-Мэри, Девоншир — 25 июля 1834, Лондон) — английский поэт-романтик, критик и философ, выдающийся представитель «озёрной школы».

 [5] Theodor Holm Nelson. Literary machines, 1981.

 [6] Там же. Цит по Эпштейн В.Л. Введение в гипертекст и гипертекстовые системы. http://newasp.omskreg.ru/intellect/f27.htm

 [7] Nelson T. Literary machines. Sausalito, CA: Mindful Press, 1993.

 [8] Nelson T. Computer Lib/Dream machines. Sausalito, CA: Mindful Press, 1974.

 [9] Phelps 1994, De Bra,
 http://xanadu.com/xuTheMode

 [10] Действительно об интернете становится уместным говорить в терминах «традиционный», поскольку изменения, происходящие в нем, измеряются не годами, а неделями.

 [11] Считается, что ARPAnet был предтечей интернета.

 [12] Крол Э. Все об Интернет. Киев, 1995.

 [13] Субботин М.М. Теория и практика нелинейного письма (взгляд сквозь призму «грамматологии» Ж. Деррида) // Вопросы философии. 1993. № 3. С.
36–45.

 [14] См. «Тысяча поверхностей» (1980) — Делёз и Гваттари исследуют «поверхности» и «уровни напряжения» между ними. Множественность поверхностей (предметных областей) формируют «ризому».

 [15] Лотман Ю.М. Текст в тексте // Об иск-ве. Структура художественного текста. Семиотика кино и проблемы киноэстетики. Статьи. Заметки. Выступления
(1962–1993 гг.). — СПб.: Искусство, 1998. — с.423—436.

 [16] Там же, с. 427.

 [17] Р. Барт. Смерть автора// Барт Р. Избранные работы: Семиотика. Поэтика. — М., 1994 — С.
384–391.

 [18] Там же, с. 431.

Метки: , ,

Версия для печати Версия для печати

Написать ответ

 
SSD Optimize WordPress UA-18550858-1